15. Новая парадигма

Наша цивилизация конституционно неспособна обратить вспять уничтожение природного капитала или хотя бы замедлить его. Привыкайте к этому. Когда мы по-настоящему это осознаем, проект переосмысления самой цивилизации обретёт мощный импульс.

— Чарльз Айзенштайн, автор книги The Ascent of Humanity

Когда Орен Лайонс, представитель и хранитель веры коренных американцев, посетил Всемирный экономический форум в Давосе, Швейцария, он бросил вызов собравшимся политикам и лидерам компаний из списка Fortune 100 — все они были мужчинами, — призывая их осознать, что их компании разрушают Землю. Один из присутствующих, генеральный директор крупной компании, ответил, что не может изменить курс, поскольку его компания обязана приносить прибыль. Если его компания не будет приносить прибыль, сказал он, его уволят. «Кому вы должны приносить прибыль?» — спросил Лайонс. «Вам, акционеру», — ответил тот. «Вы женаты?» — спросил Лайонс генерального директора. «Да, женат», — ответил он. «У вас есть внуки?» «Да, есть; у меня два мальчика». Тогда Лайонс задал ключевой вопрос: «Когда вы перестаёте быть генеральным директором и начинаете быть дедушкой?» Позже Лайонс вспоминал: «Там воцарилось долгое молчание, потому что это был нравственный вопрос. А если в вашем процессе управления нет нравственного вопроса, то у вас нет процесса, который сможет выжить. Это управляющий закон. У вас должно быть нравственное общество, иначе у вас не будет никакого».⁸¹

Наша индустриальная культура одержима экономическим ростом: инвесторы, акционеры, генеральные директора и политики стремятся к экономическому росту, потому что этого требует наша экономическая система. Но действительно ли экономический рост — это то, чего мы хотим на самом деле? Достигнув определённого уровня экономической безопасности, люди, как правило, склонны больше сосредотачиваться на построении значимых отношений и занятий, которые дают им ощущение радости и наполненности. Не разумно ли было бы спросить себя, действительно ли вечный экономический рост позволит нам осуществить наши сокровенные желания? Ответ на этот вопрос быстро становится очевидным, как только мы осознаём, что экономический рост в нашей нынешней системе попросту увековечивает ту самую нехватку, которую мы стремимся искоренить дальнейшим экономическим ростом, — нехватку, которая в первую очередь и мешает нам осуществить наши истинные желания.

Другие попытки решения наших социальных проблем также терпят неудачу. Например, ограничение роста населения само по себе не может разрешить сегодняшние социальные проблемы, поскольку перенаселение не является коренной причиной нашего социального дисбаланса. Большее по численности население, живущее в гармонии с природой, может жить в большем балансе с природой, чем малое население, которое расточительно потребляет и в процессе разрушает природу.⁸² Но даже при этом, учитывая нынешний образ жизни человека, рост населения остаётся огромной проблемой: если его не сдерживать, он в конечном итоге разрушит хрупкую экологию нашей планеты.⁸³

В равной мере и технологический прогресс сам по себе не может ввести нас в эпоху всеобщего процветания. Если технологический прогресс делает определённые районы более пригодными для жизни, эти места становятся более привлекательными для проживания, что повышает спрос на землю в них. Однако, поскольку предложение земли в каждом конкретном месте ограничено, земля в итоге становится дороже; таким образом, технологический прогресс также повышает стоимость земли. Но пока стоимость земли не распределяется совместно, рост стоимости земли будет мешать технологическим достижениям оказывать долгосрочное положительное влияние на всех членов общества.

В нашем исследовании мы рассмотрели некоторые последствия, возникающие, когда мы извлекаем ресурсы из местных сообществ, и столкнулись с совершенно новой парадигмой, которая позволяет более полно раскрыть человеческий потенциал. Теперь, завершая наше путешествие, мы определим тот процесс, который должен произойти, чтобы мы смогли воплотить эту новую парадигму здесь, на Земле.

Путь к внедрению этой новой парадигмы, вероятно, будет тяжёлым, ведь перемены редко даются легко. Мы, люди, часто склонны сопротивляться переменам, особенно если такие перемены связаны с неопределённостью. И всё же именно перемены — это то, что нам предстоит принять, ибо когда каждый из нас соприкасается с этой новой парадигмой и осознаёт её способность улучшить качество жизни всех людей, мы можем прийти к пониманию, что держим в своих руках невероятно мощное послание надежды. Это вовсе не расплывчатая и непрактичная теория — у нас наконец есть набор ориентиров, которые гармонично объединяют наши высшие идеалы и видения в осязаемый и практичный образ жизни, по которому может свободно жить любое сообщество, посёлок, город, штат или нация.

Процесс воплощения этой парадигмы начинается с осознанности. Когда каждый из нас становится достаточно осознанным и понимает, как мы влияем друг на друга, мы начинаем жить в согласии с мировоззрением, укоренённым в глубокой связи с живой паутиной жизни вокруг нас. За осознанностью следует просвещение: чем больше из нас понимает, как сообщества выигрывают всякий раз, когда созданная сообществом стоимость земли распределяется среди тех, кто её создал, тем больше вероятность, что мы сможем успешно отстаивать внедрение этой парадигмы в более широком масштабе.⁸⁴

Давайте всегда помнить, что каждый из нас даёт рождение этой новой осознанности. Эта парадигма требует фундаментального сдвига — от восприятия индивидуального «я» как отдельной сущности, отрезанной от целостности жизни, к признанию взаимозависимости всех живых существ. Когда мы искренне спрашиваем: «Что служит высшему благу всех?» — мы эволюционируем от подобия раковым клеткам, которые размножаются, не считаясь с остальным телом, к здоровым клеткам в теле жизни, осознающим свою взаимосвязанность. Любой человек, чьё сердце и ум искренне стремятся к общему благу, может таким образом привести себя в соответствие с более высокой целостностью.

Наши нынешние экономические и социальные структуры являются выражением прошлых выборов, сделанных отдельными людьми с разной широтой сознания. И поскольку наше сознание склонно как влиять на окружающую среду, так и испытывать её влияние, наша задача — преобразовать не только самих себя, но и те социальные структуры, которые не отражают нашу взаимозависимость, в функциональные и действенные социальные структуры, которые её отражают. Таким образом, осознание нашей взаимосвязанности может со временем положительно и всё больше влиять на каждого в обществе. Но давайте помнить, что именно от каждого из нас зависит, выполним ли мы сначала необходимую внутреннюю работу, чтобы затем распространять наше новое сознание на окружающую среду и формировать наши системы новыми способами, которые напоминают нам о нашей взаимосвязанности.

Просвещение, наш следующий шаг, — это процесс, посредством которого мы повышаем осознание этой новой парадигмы как в самих себе, так и в других. Поскольку большинство из нас относятся к земле как к собственности и не признают её даром, которым следует делиться, мы обычно не задумываемся, когда недвижимость покупается и продаётся ради прибыли. Мы должны помочь домовладельцам осознать, что они имеют право на прибыль от финансовой стоимости своего дома, но не на финансовую стоимость земли, на которой этот дом существует.⁸⁵ Однако, если не предложить привлекательных стимулов, люди часто сопротивляются переменам, и нам было бы разумно включить такие стимулы к переменам, как права землепользования, в составную часть просвещения. Люди также скорее примут идею земельных взносов в пользу сообщества, как только осознают, что в этой новой экономической парадигме не требуются налоги на личный и корпоративный доход, налоги с продаж и на прирост капитала. Наша задача — внедрить эти стимулы к переменам в общественное сознание, например, через просветительские программы. Конечная цель просвещения — помочь каждому осознать, что в подлинных интересах каждого делиться дарами природы.

Законодательное продвижение, заключительный шаг, может увенчаться успехом лишь после того, как достаточное число людей осознает свою взаимосвязанность, а также эту новую парадигму. Как только нас будет достаточно осознавших это, у этой парадигмы появится гораздо больше шансов быть внедрённой на законодательном и политическом уровне.

Но давайте помнить, что для создания мира, который работает для всех, мы прежде всего призваны вспомнить, кто мы есть как люди, навеки связанные с великой паутиной жизни. Совершая этот сдвиг, мы меняем историю о том, кто мы есть в отношении к планете, на которой живём, и к существам, с которыми живём. Чем больше мы живём в согласии с этой новой осознанностью, тем больше глубины и смысла мы переживаем в собственной жизни и в наших связях с другими. В тот момент, когда мы открываемся, пусть даже ненадолго, подлинному ощущению этой взаимосвязанности, мы открываемся переживанию, которое есть не что иное, как чудо, — сердечному чувству принадлежности и знанию, что мы все в этом вместе. Давайте действовать из этого места памятования, чтобы мы могли положительно повлиять на собственное благополучие, судьбу нашей цивилизации и процветание грядущих поколений.